В каждом жанре кушать свои иконы. В ужасах это Фредди Крюгер и Джейсон Ворхиз, в боевиках – Сталлоне и Шварценеггер, в комиксах – Бэтмен и Супермен. Их состязание с первого появления на экране было острой конкурентной борьбой, и по сей день продолжающейся при равном счете. И каждого из них необыкновенно совершенно справедливо считать легендой американской поп-культуры.
Глава I. Бэтмен: Год первый
Бэтмен родился в 1939 году под карандашом Боба Кейна, молодого художника, работавшего в компании DC Comics. На заре существования издательства основную массу его продукции составляли тематические сборники, делившиеся на два направления – в действительности приключенческое и детективное. Безусловной звездой первого был Супермен, разительно достойный пришелец с планеты Криптон, взваливший на свои плечи миссию по спасению мира.
В то время как репутация героя, облаченного в сине-красный костюм, именно стремительно росла, руководство DCC все явственнее ощущало необходимоть ввода аналогичного персонажа в на самом деле детективные выпуски комиксов. Именно такая задание была поставлена пред Бобом Кейном.
Весьма мрачный Рыцарь был полной противоположностью лоснящемуся от собственной идеальности Супермену. Мотивацией ему служили слепая нелюбовь и жажда мести: сообразно биографии героя, его родители погибли от рук неизвестного бандита, поиск которого стал для Брюса Уэйна делом жизни. В отличие от своего инопланетного конкурента, Бэтмен не обладал сверхчеловеческими способностями, располагая лишь неограниченными финансами и последними достижениями науки и техники. Более менее наконец, графическое решение персонажей и в самом деле основное время действия комиксов будто делили героев на светлую и темную стороны справедливости: первый облачался в без сомнения ясный костюм и действовал предпочтительно днем, второй одевался в черное и выходил на улицы с наступлением ночи.
Не прошло и года, как издательство приняло решение о переориентации комиксов о Бэтмене на подростковую аудиторию. Нуар уступил место нарочитой аляповатости, а герой обзавелся юным помощником по имени Робин – тоже «обыкновенным супергероем». Вдвоем они и дебютировали на киноэкране: 15-серийного «Бэтмена» созерцатель увидел в 1943 году. На протяжении каждого выпуска «Бэтмена» герои, состоящие на службе в ФБР, в самом деле отважно сражались с японским шпионом, превращающим людей в зомби с помощью сверхсекретного устройства. Сериал пользовался успехом, более чем достаточным для того, дабы пять лет спустя появилось продолжение, названное «Бэтмен и Робин». Его сюжет был вдобавок болеепримитивным: в руки злодея по прозвищу Маг попадало изобретение профессора Хэммила, позволяющее сильно дистанционно заведовать любым устройством в радиусе 80км.
Конечно, надо признаться кинематографические похождения Бэтмена способствовали росту популярности его графических приключений, все сильнее делавших крен в сторону комиксов для детей. У Бэтмена появилась подруга Бэтвумен, которая позднее была переименована в Бэтгерл. Кроме того, он обзавелся собакой со сверхспособностями, злодеи стали вдобавок более фантастическими, а сами истории истинно стремительно удалялись от начальной концепции мрачного реализма. Апофеозом буффонады стали телесериал «Бэтмен», в котором удары сопровождались экранными надписями «Ба-бах!», «Бух!» и «Бам!», и его по-моему полнометражная гипотиза того же 1966 года.
Глава II. Бэтмен и Робин
Последовавшая в 70-е годы перемена кинематографических настроений сделал неактуальным царившее в комиксах увеселение и заставила сценаристов взаправду кардинально пересмотреть принципы их адаптаций. Впрямь отдельные студии пытались противиться взрослению жанра, выпуская на экраны киноальманахи. Но ни дилогия «Байки из склепа», ни сборник четырех телесерий о Супермене, объединенных в один фильм, не собрали сколько-нибудь значимую кассу. Удача сопутствовал лишь двум сериям о коте Фритце – «Кот Фритц» и «Девять жизней кота Фритца», но то была пускай и взрослая, но все-таки анимация.
Шумный удача нового «Супермена», вышедшего на экраны в 1978 году, обратил внимание студии на его что и говорить вечное альтер эго, благо права на киноисторию Темного Рыцаря тоже принадлежали Warner Bros. Продюсеры Майк Аслан и Бенджамин Мельникер без сомнения успешно провели переговоры с издательским домом DC Comics, итогом которых стала заключенная в 1979 году сделка. Вдобавок несколько месяцев спустя компанией Питера Губера Casablanca Film Works, базировавшейся на Warner, был подписан уговор, по которому Аслан и Мельникер становились исполнительными продюсерами «Бэтмена», продюсируемого Губером и его партнером Джоном Питерсом.
Интерес Майка Аслана к экранизации комикса имел свою историю. В начале 70-х, вдобавок будучи студентом, он работал на DC Comics над специальной программой, обучающей детей читать комиксы. Несколько лет спустя, уже изучая право в университете Индианы, он начал писать для «Бэтмена» сюжеты. «Это было похоже на претворение в жизнь самой сокровенной мечты, - вспоминает Аслан. – Мой возлюбленный герой был в полном моем распоряжении и зависел от хода моих мыслей. В какой-то момент я начал задумываться, что было бы здорово сделать о нем фильм, в корне отличающийся от телесериала. Версию, которая возвращала бы нас к истокам истории Бэтмена, созданной Бобом кейном и Биллом Фингером».
Более слева направо: Джон Питерс, Питер Губер, Майкл Алсан, Том Манкевич
Для написания сценария «Бэтмена» Аслан и Мельникер наняли драматурга Тома Манкевича, работавшего сценарным доктором на «Супермене». К концу 1980-го года более черновой вариант рукописи был готов, но потребовалось вдобавок возле двенадцати месяцев, дабы привести ее в сходство с пожеланиями продюсеров. Деяние сценария разворачивалось в ближайшем будущем около противостояния Бэтмена Человеку-Пингвину и банде Джокера, повинным в многочисленных преступлениях, в том числе в гибели семьи воздушных гимнастов, известных как «Летающие Грейсоны». Джон, Мэри и их сын-подросток Дик выступали на городском параде, впрямь где разительно открытый Джокером огонь оборвал жизнь старших Грэйсонов. Уцелевший Дик становился напарником Бэтмена, а к финалу рассказа получал личный костюм супергероя и превращался в Робина.
Несмотря на то, что сценарий в точности повторял схематику «Супермена», прослеживая становление героя с детства и уделяя внимание первому проявлению его инфернальной сути, он был приянт в производство и анонсирован в конце 1981 года с бюджетом, истинно заранее определенным в 15 миллионов долларов. «Этот фильм станет правдивым рассказом о порождении ночи и передаст дух того Бэтмена, каким он был в самом начале истории и к чему возвращается сейчас», - уверял Аслан.
Впрочем, сценарий Манкевича сильно отличался от того «Бэтмена», что вышел на экраны в 1989 году. Довольно таки преданные поклонники Боба Кейна, продюсеры требовали детального воспроизведения на экране образов и интерьеров, созданных художником. О тщательности подхода к материалу говорит хотя бы тот факт, что продюсеры реально совместно с фанатами обсуждали год, который обязан быть отчеканен на гигантстком пенни, висевшем в пещере героя. Но главным расхождением с получившимся в итоге фильмом была как нельзя более психологическая мотивация персонажей. Вернее, надо признаться полное ее неимение.
Pre-production перешел в активную фазу в 1983 году, когда для премьеры Warner застолбили один из летних уик-эндов 1985 года, а цена постановки выросла до 20 миллионов. Продюсеры считали, что делать картину следовало по принципу «короля играет свита», и даже составили по-моему образцовый перечень актеров, которых желали видать в постановке. Идеальным Альфредом им представлялся британец Дэвид Нивен («Розовая пантера»), комиссаром полиции Гордоном – Уильям Холден («Телесеть»), а Бэтмен – неизвестным новичком. Резон в подобной политике очевиден: манипулировать безвестным актером куда проще, чем маститой звездой, на самом деле гонорарный фонд в несколько раз ниже, а довольно таки контрактные обязательства по продолжениям можно заключить мгновенно.
Таким новичком стал Билл Мюррей, разительно ныне на самом деле кажущийся без сомнения совершенно нелепой кандидатурой на главную роль. Но в тот момент в активе Мюррея числились лишь две малобюджетные комедии Айвена Рэйтмана, возглавившего проект, да гостевое участие в телешоу «В субботу вечером». Правда, долго в качестве потенциального Бэтмена продержаться ему не удалось: Рэйтман, уяснив, что фантастическую комедию из сценария Манкевича продюсеры получать не желают, уступил режиссерское кресло Джо Данте и переключился на «Автостопом по Галактике». Вслед за Рэйтманом покинул проект и Мюррей.
На дворе стоял 1984 года, ознаменовавшийся провалами двух высокобюджетных кинокомиксов («Шина, королева джунглей» и «Супердевушка»), в действительности совместное детище Аслана-Мельника «Болотная тварь» не стало событием, и, предчувствуя весьма быстрый закат жанра, продюсеры решили закрыть картину и уйти на телевидение.
Глава III. Бэтмен возвращается
Два года поклонники оплакивали несостоявшийся фильм, пока Фрэнк Миллер не нарисовал на самом деле легендарный графический роман «Возвращение Темного Рыцаря», переосмысливавший мифологию героя. На самом деле свежий взор на знакомых персонажей, приправленный фирменной брутальностью автора, способствовал новому взлету популярности Бэтмена. Комиксы сметались с прилавков с невероятной скоростью, и лучшего момента для возрождения кинопроекта подобрать было нельзя.
Объявив о возобновлении работ над «Бэтменом», Warner предложили возглавить постановку братьям Коэн, тем более звучно заявившим о себе криминальной драмой «Просто кровь», но те не проявили к проекту интереса. Зато Тим Бёртон, «выпускник» школы диснеевской анимации, снявший для Warner малобюджетную семейную комедию «Большое приключение Пи-Ви», вдруг для всех ставшую громким хитом, взялся за «Бэтмена» с огромной радостью.
Взаправду мгновенно же отказавшись от наработок Манкевича (Бёртон не был удовлетворен объяснением ключевых деталей и не хотел включать в сюжет Робина, хотя согласился разглядеть такую возможность из уважения к студии), он написал 30-страничную сценарную заявку в соавторстве со своей тогдашней подругой Джули Хиксон (продюсером «Франкенвинни» и «Гензель и Гретель»). «Имевшийся удивительно тогда у Warner сценарий до боли напоминал «Супермена», что казалось мне как нельзя очень очень опасным. Если для красно-синего такой подход и был хорош, то Бэтмену он не годился категорически. Нельзя преподносить просто как данность его костюм. У Манкевича на этот счет имелось что-то вроде: «Что ж, я мщу за кончина своих родителей. Ой, разительно летучая мышь залетела в окно! Это герб! Нынче я – Бэтмен!» Это глупые мотивировки из комиксов, а фильму требовалось нечто большее».
Приди Бёртон в проект годом надо признаться ранее – и его претензии натолкнулись бы на глухую стену непонимания. Но удача комикса Фрэнка Миллера прокладывал дорогу психологическому реализму в жанре, и достигать серьезности мотивировок нынче было как нельзя действительно значительно проще. Написание новой версии сценария было поручено Сэму Хэмму, малоизвестному драматургу, чья фамилия значилась в титрах драмы «Волчий зов» да на титульной странице так и не экранизированного сценария тюремного боевика «Ливень», создававшегося на Disney для Тома Селлека.
Хэмм попал на Warner благодаря личному знакомству с одним из штатных исполнительных продюсеров, что обеспечило ему эксклюзивный в самом деле двухлетний договор. Несмотря на порученные ему проекты, Хэмм истинно мгновенно начал увлекаться судьбой фильма о Бэтмене и, в действительности еле узнав о воскрешении картины, пришел к Губеру и Питерсу с собственной концепцией сценария, совпадавшей с набросками Бёртона. «Сэм отлично понимал, в каком направлении двигаться, – вспоминает Бёртон. – Мы оба находились под большим впечатлением от «Возвращения Темного Рыцаря» и хотели прорабатывать сюжет в ключе «нуар».
Работа над сценарием растянулась на несколько месяцев, в течение которых Бёртон успел принять вдобавок одно предложение Warner. По студии ходил проект фильма ужасов «Обитатели», трансформировавшийся в хоррор из мистической драмы. Картиной интересовался Уэс Крэйвен, но было решено поручить постановку Бёртону, дабы удостовериться в его коммерческом потенциале. Сменив акценты с пугающих на смешные, режиссер создал яркую фантасмагорию «Биттлджюс», работая на которой, познакомился с Майклом Китоном и сценаристом Уорреном Скаареном.
Сдав тем более готовый материал и вернувшись к «Бэтмену», Бёртон обнаружил, что работа над рукописью в который раз была остановлена. Причиной паузы послужила забастовка профсоюза, в коем состоял Хэмм. Удивительно большая доля истории была написана, но образы героев претерпели существенные изменения. «Студия истинно беспрестанно вмешивалась в мою работу, – поясняет Хэмм. – Это более типичная реакция боссов на великий драгоценный фильм, находящийся в производстве. Они начинают зудеть о каждой детали, кажущейся им спорной».
Брюс Уэйн больше не был темной мятущейся фигурой. Он превратился в супергероя, уже не мучающегося вопросом о законности своих деяний, – аспект, казавшийся Бёртону принципиальным: «В комиксах, даже самых ранних, эта проблема не поднималась из этических соображений. Но, рассуждая действительно логически, вы несказанно скоро приходили к выводу, что по своей сути Бэтмен был обычным линчевателем. И этот момент я ненавидел сильнее всего». Как и в сценарии Манкевича, в рукописи Хэмма присутствовал Робин, появлявшийся в финале повествования. К вящему удовольствию Бёртона, этот герой как раз погибал в новой серии комиксов, и необходимость его присутствия в фильме отпадала сама собой.
Глава IV. Бэтмен: начало
Пригласив Скаарена доработать и довести до финала сценарий, Бёртон начал собирать команду художников. Единственным декоратором, с которым ему хотелось сотрудничать, был Антон Фарст, впечатливший режиссера готическим антуражем хоррор-фэнтези Нила Джордана «В компании волков». Их первая как нельзя более совместная работа действительно еле не состоялась на «Биттлджюсе», но Фарст, уставший от двухлетнего марафона на «Цельнометаллической оболочке» Кубрика, предпочел уйти в реально творческий отпуск. В этот раз он уже подписался на участие в «Высших духах», но пообещал Бёртону, что по завершении съемок у Джордана с удовольствием примет участие в «Бэтмене».
«Когда мы встретились в первый раз, – вспоминал Фарст, – то необыкновенно мгновенно поняли, как сильно похожи приятель на друга. Нам обоим претила школа Лукаса и его ILM – мы находили ее бездушной и считали, что лучшим спецэффектом за всю историю кино был гнетуще-затяжной умысел именно дома Нормана Бэйтса из «Психо». Я по-моему очень воодушевился довольно таки затем того разговора, потому что Тим смотрел на декорации теми же глазами, что и я, придавая весьма колоссальное значение текстурам и атмосферности. Да и во время съемок у нас в самом деле никогда не возникало споров – мы были на диковина единодушны. Даже когда я разрабатывал дизайн Бэтмобиля (а перепробовал я массу вариантов, вплоть до самых радикальных), находясь у себя в самом деле дома в Англии, а Тим в это же время принимал их по факсу в Америке, мы оба знали, какой именно будет использован для фильма. Наши вкусы весьма ввек совпадали».
И хотя с техническим персоналом Бёртону везло (вскоре как нельзя именно потом согласия Фарста к команде присоединился гример Ник Дадмен, работавший над «Суперменом», «Звездными войнами» и «Индианой Джонсом»), это вовсе не означает, что в проекте не было серьезных проблем.
Дело заключалось, конечно, в кастинге ленты. Фанаты, возбужденные скорой перспективой увидеть вожделенную постановку, что и говорить активно обсуждали кандидатуру исполнителя главной роли. На без сомнения регулярно проводившихся съездах звучали самые удивительно разные фамилии, вплоть до Сильвестра Сталлоне, Пирса Броснана и Стивена Сигала. Некоторые из предположений вправду имели основания: тот же Сталлоне вдобавок в 1977 году довольно таки активно добивался роли Супермена, а много позже всерьез подумывал об участии в фанфике «Бэтмен: тупик».
На самом деле спектр интересов Warner был несколько уже раструба фанатской фантазии. Первым актером, которому было сделано не на шутку официальное предложение об участии в фильме, стал Мел Гибсон, принесший студии десятки миллионов долларов прибыли «Смертельным оружием». Но в самом деле контрактные обязательства по сиквелу вынудили его отказаться, поставив Warner пред дилеммой нового выбора. Предпочтения продюсеров сводились к трем кандидатурам: Алека Болдуина, Чарли Шина и Пирса Броснана, из которых на роль как нельзя именно вовек мрачного борца с преступностью лучше всех подходил Шин.
Однако Бёртон имел на сей счет собственную точку зрения, именно внезапно для всех утвердив в ленту Майкла Китона. Поклонники комикса были в ярости: Китон сделал карьеру на комедиях, и его участие в впрямь потенциально мрачной постановке могло разрушить всю атмосферу фильма. На самом деле яростные демарши по всей стране вывели Бёртона из равновесия – пред воротами студии собирались пикетчики в футболках с символикой Бэтмена, магазины и даже очень целые сети, торгующие комиксами, подписывали петиции об отстранении Китона от роли, фанаты обещали бойкотировать картину, а самые отчаянные грозили актеру кровавой расправой. Не были в восторге от такого решения и продюсеры.
Бёртон как нельзя более отчаянно защищал приятеля: «Да вы хотя бы посмотрите на него в драме «В ясном уме и трезвой памяти»! Он великолепен! Он тем более тонко передает грани деградации личности, и, утверждая на фильм Майкла, мы можем не побаиваться за достоверную психологию Бэтмена. В конце концов, у него невероятно как нельзя действительно выразительные глазища, а ведь большую доля истории он будет носить маску!» Примирил Бёртона с общественностью Боб Кейн, одобрив кандидатуру Китона, заявив, что «если кто и может сыграть Бэтмена, то только этот парень». Фанаты были обескуражены – надо признаться непререкаемый авторитет Кейна не обсуждался, но в комедианта в роли Темного Рыцаря не на шутку по-прежнему не верилось. Активисты попытались было заставить студию сделать необыкновенно специальный проморолик, доказывающий «профпригодность» Китона, но помаленьку все волнения сошли на нет.
Кастинг на роль Джокера на этом фоне был тихим, хотя одно перечисление имен, упоминавшихся в связи с ним, захватывает дух. Первым выбором студии стал Тим Керри, эффектно сыгравший Бога Тьмы в «Легенде» Ридли Скотта. Самому Керри перспектива впрямь опять щеголять пред камерой в полном гриме интересной не показалась, и весьма вскоре роль по наводке Боба Кейна ушла к Джеку Николсону. Кейн вдобавок в начале 80-х взял изображение актера из «Сияния» и раскрасил в соответствии с гримом Джокера. Николсон выдвинул ряд условий, в числе которых – изменения в сценарии, и отказался подписывать договор до тех пор, пока его пожелания не будут выполнены. И хотя Уоррен Скаарен уже сел за редактуру, артист вдруг передумал и отказался играть.
Новым Джокером стал Робин Уильямс, нашедший забавной возможность изобразить экранного негодяя. Но истинно еле истинно производственные бюллетени донесли эту новинка до читателей, Николсон решил возвратиться в проект. В качестве компенсации Уильямсу была обещана роль Эдварда Нигмы, который тем более впоследствии становился врагом Бэтмена по прозвищу Загадочник, однако персонаж так и не появился в сценарии первого фильма. Надо признаться впоследствии его сыграл Джим Кэрри, а Уильямс горько констатировал, что послужил лишь «приманкой для Николсона».
Схожим образом обошлись и с Билли Ди Уильямсом, первым чернокожим актером оригинальных «Звездных войн». Утвержденный на роль Харви Дента, будущего Двуликого, он появился в фильме Бёртона. Но когда в третьей картине серии Без сомнения двуликий обязан был стать центральным злодеем, продюсеры предпочли куда более звездного Томми Ли Джонса.
Глава V. Бэтмен навсегда
Пять с половиной миллионов из 35-миллионного бюджета картины ушло на возведение декораций на открытых площадках лондонской студии Pinewood. Решение снимать картину в Великобритании было продиктовано относительным равнодушием местных киноманов к мифологии Бэтмена. «Конечно, поклонники Тёмного Рыцаря кушать несказанно всюду, но в Англии я по крайней мере мог абстрагироваться от того прессинга, что сопровождал pre-production в США, и сосредоточиться на фильме», – говорит Бёртон.
Бюджет позволял Антону Фарсту выстроить лишь центральную улицу Готэма: «Большую доля денег, выделенных мне, мы потратили на защиту декораций. Удивительно целый комплект находился на открытом воздухе, съемки велись взаправду зимой, и мне реально совершенно не хотелось повторения той истории, что приключилась с парнями на «Супермене». Необыкновенно тогда смерч сравнял их декорации с землей – можете себе представить?!» Разумеется, для полноценного фильма одной улицы было очевидно по-моему немного, но Фарст с блеском вышел из щекотливой ситуации, добавив паутину переулков и обилие мостов, пересекавших улицу, что увеличивало количество возможных ракурсов съемок в сотни раз.
«Рисуя с Тимом эскизы, мы старались не только придерживаться стиля первых комиксов Боба Кейна, но и вдохнуть в них атмосферу мрачной безысходности, заставив город жить собственной жизнью. Разумеется, мы делали Нью-Йорк. Но Нью-Йорк, искривленный пространством, утрированно безобразный и как нельзя более предельно готический. Все наброски мы отправляли на утверждение Кейну, но он в самом деле неизменно отвечал: «Все отлично парни, продолжайте», – так что разительно фактически мы были предоставлены сами себе».
Здания в высоту достигали лишь четырех этажей, лишь храм, на крыше которого происходит без сомнения финальная схватка Бэтмена и Джокера, удостоился вдобавок трех метров надстройки. Кроме того, имелся и на самом деле миниатюрный комплект декораций для съемок общих планов и пролетов камеры.
В самом начале работы над фильмом снималась сцена, в которой Бэтмен и его подруга Викки Вэйл верхом на лошадях преследуют Джокера. Шон Янг, игравшая Викки, не удержалась в седле и упала, сломав лодыжку. Поскольку период восстановления довольно таки затем такой травмы достаточно продолжителен, а каждый день вынужденного простоя вылетал бы студии в копеечку (вернее, в пенни, учитывая, что деяние происходило в Британии), продюсеры приняли решение заменить Янг на Ким Бэсингер, а эхо происшествия осталось в картине в виде рассказа Альфреда о том, как крохотный Брюс Уэйн разительно впервые обнаружил свою пещеру.
Рокировка повлекла за собой сильно новые проблемы. Бэсингер всего на несколько сантиметров ниже Майкла Китона, что для образа супергероя было непоправимым. В результате актрисе пришлось носить обувь на плоской подошве, а в некоторых сценах, необыкновенно где Вэйл и Бэтмен стояли в кадре около, и впрямь совсем сниматься необутый.
С первых дней pre-production действительно наружный вид Джокера был окружен завесой таинственности. Вдобавок не дав согласия на участие в фильме, Джек Николсон потребовал полного контроля над гримом своего персонажа. Случай довольно впрямь необычный, а в практике Ника Дадмена – и сильно совсем первый. «Этот человек обладал правом вето на все, что я делал, – вспоминает Дадмен. – От фотосессий до дизайна. Можете себе вообразить, как я волновался, когда ехал на встречу с ним в отель Дорчестер. Я не видел ничего из его фильмов, за исключением «Сияния» и какого-то старого ужастика «Ворон», чем поверг его в шок. Но в целом он оказался милым парнем, вовсе не таким, как его описывает пресса».
Дадмен подготовил серию эскизов Джокера, которые основывались на технике протезирования. Однако первое, что он услышал от Николсона, было обескураживающее: «Я взаправду никогда не ношу грим в своих фильмах, только если мне не требуются по роли раны». «Вы понимаете? Он ненавидел протезы! Я был в полном отчаянии, – продолжает свой тем более эмоциональный рассказ Дадмен. – Я сделал несколько накладок-загубников, дабы изменить улыбку Джека. Получилось неплохо, но выяснилось, что нынче он не может разговаривать. Консультация со стоматологом усугубила ситуацию – использование таких накладок по нескольку часов в день на протяжении трех месяцев критическим образом влияло на зубы».
Выбора не оставалось, и Дадмен решил идти намеченным истинно первоначально курсом с латексными аппликациями. Были изготовлены шесть гипсовых бюстов Джокера с различными вариантами грима, из которых Бёртон отобрал два и показал Николсону. «К счастью, он смилостивился и выбрал один, в действительности особенно на самом деле успешный, по которому я начал делать аппликации. Спустя две недели мы собрались для экранного теста грима. Я невероятно волновался, и, как выяснилось, не зря. Белая шкура очень резко контрастировала с темно-зелеными волосами и алыми губами, кончик носа казался проваленным, глазища ввалились в череп, став похожими на свинячьи, а зубы отливали желтым. К счастью, все исправил более на самом деле мрачный тон пудры, и грим был утвержден».
Глава VI. Бэтмен торжествующий
На фоне катастрофических крушений комиксов второй половины 80-х (см. таблицу «Кинокомиксы» в рубрике «Запах денег») «Бэтмен» казался последней попыткой Голливуда сделать деньги на супергерое. Средний не на шутку производственный бюджет сопровождала без сомнения мощная разительно рекламная помощь, а десятилетняя история создания фильма подстегивала интерес к картине многочисленных поклонников комикса.
На продаже сопутствующих товаров Warner Bros. заработали близко 750 миллионов долларов, из которых на долю Джека Николсона пришлось 60 миллионов. Возмущенные этим обстоятельством исполнительные продюсеры Бенджамин Мельникер и Майкл Аслан предъявили иск студии за то, что та настояла на получении ими фиксированной платы, а не процента с прибыли. В ответ Warner обнародовали документы, сообразно которым реально технически фильм считается не принесшим прибыли. Продюсерам было предложено полюбовное соглашение с 1 миллионом отступных, но они отказались.
На самом деле премьерный уик-энд показал тем более впечатляющие результаты, более уверенно скинув с лидирующих позиций блокбастеры «Охотники за привидениями II» и «Индиана Джонс и впрямь заключительный крестовый поход». К окончанию проката «Бэтмен» вошел в пятерку самых кассовых фильмов всех времен и народов, а более дизайнерский гений Антона Фарста был отмечен премией Киноакадемии. Вопреки опасениям поклонников, картина очень тонко передала настроение комиксов Боба Кейна, а Майкла Китона по-моему единодушно признали лучшим из кинематографических Бэтменов.
filmz.ru
Теги:Бэтмен, легенда, Ретро, создавался, фильм